Вильям Виллис
На плоту через океан.

Глава XII РАЙ   ПТИЦ   И  ДЕЛЬФИНОВ

Мой передатчик оказался неисправным; к этому выводу я пришел после многодневных испытаний. Мне еще ни разу не удалось получить ответ на свои сообщения. Так как обе индикаторные лампочки передатчика горели ярким светом, я подозревал, что скорее всего неисправна антенна. Таким образом, в океане я действительно был одинок. Несомненно, к этому времени Тедди уже стала привыкать к поглотившему меня безмолвию.

По моим расчетам выходило, что вчера, 14 июля, мой плот обогнул Галапагосские острова. С помощью лага и компаса я определил, что нахожусь на 92°87' западной долготы. Вот уже несколько дней, как солнце не показывалось, и это лишало меня возможности точно определить свое положение. Я находился на расстоянии примерно тысячи двухсот миль от Кальяо.

Утро выдалось знойное, ветер еле дышал и казался усталым. По небу медленно плыли низко нависшие тучи. Нет-нет, хлопал грот, словно задыхаясь от недостатка воздуха, и по временам казалось, что он застыл на месте. Наконец с северо-востока набежало дождевое облако и смочило палубу. Еще некоторое время держалась духота, потом стало свежеть, поднялся сильный ветер, и плот пошел с обычной скоростью. Каждая миля была на счету, и слабый ветер, в особенности же штиль, доставлял мне беспокойство. Было приятно видеть надутые, наполненные ветром паруса и проносящуюся мимо плота пену. Мне вспомнились былые годы, когда я плавал на больших парусниках. Сколько раз мы попадали в штиль, и корабли неделями неподвижно лежали под экватором, переваливаясь с борта на борт! Каждую минуту мы опасались потерять мачты.

Я находился на плоту меньше месяца, но мне казалось, что уже прошел целый год. Я переменил курс и плыл к югу, опасаясь попасть в экваториальную штилевую полосу. Правда, на карте было обозначено, что юго-восточные пассаты в зимнее время (а там, где я сейчас находился, была зима) проникают далеко за экватор, но все же я не стал рисковать. Вследствие того, что плот непрерывно перемещался и лежал прямо на воде, работа с секстантом была затруднена. Я никак не мог установить его з горизонтальной плоскости. У меня с собой было два компаса: один — около трех дюймов диаметром, купленный перед отъездом из Нью-Йорка, другой — мой старый пятидюймовый компас, тот самый, что выручал меня и Тедди во время урагана в Карибском море и в других опасных переделках.

Я не взял с собой барометра, Хотя морские офицеры и друзья из Кальяо советовали мне захватить его, я не видел в этом нужды. И в самом деле, что мог бы я предпринять, видя, как падает барометр? Конечно, не было никакой возможности избежать дурной погоды, и если она наступала, то мне оставалось лишь приспособиться к ней. Это означало, что надо спустить большой парус, пока его не унесло ветром. Чтобы справляться с этим побыстрей, я приладил дополнительное приспособление к оснастке.

Время шло, и вот я попал в настоящий рай, изобилующий птицами и рыбами. Уже два дня я плыл в этих райских местах. Тысячи черных фрегатов носились в воздухе; они описывали круги и падали на море,, хватая летучих рыб, спасавшихся от дельфинов.

Рассвет только начинался, когда появилась первая птица. У черных фрегатов длинные, узкие крылья, они чудесные летуны и акробаты. Летучие рыбы выскакивали из воды, взлетая на своих тоненьких, как паутина, крылышках, их темно-синие спинки почти невозможно было разглядеть сверху. Они то и дело меняли направление полета, наблюдая своими большими глазами за дельфинами, рыскавшими в нескольких футах под ними. Но, как только одна из рыб взлетала, ускользнув от дельфина, птица камнем падала на нее. Нежное мясо летучих рыб — лакомый кусочек для пернатых хищников. Преследуемые рыбы, словно стрелы, носились над волнами, а птицы, выполнявшие акробатические номера в

[1]234
Оглавление




реополиглюкин показания к применению . buy generic cialis online . buy cheap viagra online