Вильям Виллис
На плоту через океан.

Глава XIV «S О S»

17 июля во время астрономических наблюдений я почувствовал острую боль в области желудка, в том месте, которое называют солнечным сплетением. Боль все усиливалась. Определив свое положение, я задался вопросом, стоит ли снова ставить грот, и решил не ставить его. Океан по-прежнему был неспокоен, дул сильный ветер, и я предполагал, что он еще усилится. Возможно, ночью опять разразится буря.

Боль не утихала, и я несколько раз принимал соду, полагая, что у меня болит желудок. Но облегчение не наступило, и боль становилась все острей. Я не знал, как поступить. Это было совершенно новое, непредвиденное испытание.

Солнечное сплетение сжималось все больше и больше и делалось твердым, как камень. Может быть, все дело в желудке? Но раньше я никогда не страдал желудком. Никаких признаков отравления не было. Возникла ли эта боль в результате чрезвычайного физического напряжения в прошлую ночь, когда мне приходилось метаться из стороны в сторону по плоту? Или же вследствие длительного нервного напряжения в период подготовки путешествия? Быть может, я надорвался? О, если бы только боль затихла хоть на мгновение!

Но боль не унималась. Прошло пять мучительных часов, прежде чем она стала затихать, а когда наступила ночь, она прекратилась.

Небо было усеяно звездами. Слева от меня, как маяк, зажженный в мировом пространстве, сиял Южный Крест. Над ним среди мириад более слабых звезд переливались огнями крупные созвездия. Казалось, в этой черной пустоте горят огни больших городов и дорог. Впереди низко над морем висела моя золотая планета, а справа от меня — три звезды Большой Медведицы, словно опрокинутой вниз головой.

Ночью ветер усилился, и я был рад, что не поставил грот. Плот хорошо шел по курсу под кливером и зарифленной ' треугольной бизанью, и мне удалось немного поспать.

На другой день, 18 июля, почти в то же время в солнечном сплетении возобновилась боль. Постепенно она усиливалась. Сода не принесла облегчения. Тогда я выпил немного бренди, которое один из моих друзей в Лиме дал мне на случай аварии. Я думал, что бренди ослабит мускулы, окружающие солнечное сплетение, но этого не случилось. Вскоре я уже не в силах был стоять и лег на палубу, то и дело меняя положение тела.

Кончилось тем, что я стал кататься по палубе, обезумев от боли. Так проходили часы. Наступила ночь. Я лежал промокший и беспомощный, а ветер выл и стонал, и возле меня вздымались мощные буйные волны, с высоты взиравшие на меня; их белые перистые гребни {светились в темноте. Они обрушивались одна за другой и продолжали свой путь, а за ними бесконечной чередой вырастали всё новые валы. Некоторые волны разбивались о плот. Я слышал, как ветер свистел в пустом пространства между палубой и бревнами, проникая туда вместе с водой.

Я надеялся, что боль достигнет такой остроты, что я потеряю сознание, — тогда ослабнут мускулы и она исчезнет. Но сознания я не терял, а солнечное сплетение мучительно сжималось.

Боль становилась невыносимой, и мне казалось, что только смерть может меня избавить от нее. Мне случалось переламывать кость или разрывать мускулы, но по сравнению с муками, какие я испытывал сейчас, это были булавочные уколы.

[1]234
Оглавление




buy cialis online . order at best price 100mg generic viagra usa